Главная » Дискуссия » Вадим Курамшин: Возвращение из дурдома. Что это было!

SAM_2317-CopyНаходясь в душном столыпине, в окружении таких же бедолаг как я сам, в том числе и больных туберкулезом, под монотонный стук колес меня привезли сюда. Задаюсь вопросом что же это было? Для чего все-таки меня вывозили в психиатрическое отделение Семея? Какую цель преследовал злой гений басеке, выдавший очередную каверз в моей судьбе? Как я чуть не стал душевно больным?

Предыстория такова. С первых дней моего поступления в колонию особого режима Жаман Сопка администрация колонии создавала мне максимальный психологический дискомфорт. На первых порах это проявлялось не более чем в искусственном нагнетании отрицательной атмосферы среди моих сокамерников, замечу большая часть из которых являются частыми постояльцами этой псих больницы в которую попал и я сам.

Кроме того, одним из тех самых постояльцев находится и сейчас в том дурдоме, в который и был этапирован со мной в один день из колонии Жаман Сопки. Так вот администрация колонии категорически не позволяла мне подобрать себе сокамерников с каким-то общим прикосновением. Имеется в виду культуру поведения в общежитии и мировоззрения. Потом это вялотекущее развитие конфликта продолжалось до приезда Айгуль Соловьевой.

После ее визита, где-то спустя недели три, ситуация стала резко активизироваться в плане усиления прессинга. С одной стороны оказывали давление сотрудники колонии, постоянно ищущие хоть малейший повод вынести мне наказание, а с другой стороны, отчасти невменяемые сокамерники, которые не прибавляли мне душевного комфорта  бытия в бур бараке колонии.

К концу зимы ситуация дошла до критической точки. Имело место ряд попыток спровоцировать меня на конфликт. Доходило и до того, что мне приходилось скрипя зубами терпеть уже откровенные нападки в том числе и физические избиения. На них я отвечал только одним полным бездействием и незаурядной выдержкой. Именно последняя незаурядная выдержка и стала сказываться на психическом состоянии, вследствие чего обострилась и без того истязающая с давнего времени бессонница.

Имело место дважды подобие слуховых галлюцинаций. Но перед моей отправкой в псих больницу на приеме у психиатра, обрисовав ему подобный случай, специалист в области психиатрии пришел к выводу, что это были не слуховые галлюцинации, а столь явственный сон. Это происходило в обоих случаях одинаково. После того, как прозвучал звонок отбоя я ложился на нару в очередном поединке с бессонницей, и в какой-то момент, видимо, мозг все-таки выключался, и я явственно слышал:  «Курамшин, пора вставать!».

После чего, вскакивал и оказывалось, что это всего лишь привиделось. Все это передать очень тяжело, и психика любого человека подобные кошмары долго переносить не может. Но замечу, как только я завершил голодовку, начиная с шестого июня, ситуация резко нормализовалась. Я пусть и на незначительное время, но оказался в более или менее нормальной обстановке, прекратились преследования, прекратилось стравливание контингента и… стал возвращаться сон.

При последних беседах с психиатром, он пришел к выводу, что я ни в какой помощи не нуждаюсь, так же мне официальное лицо — начальник сан. части учреждения сказала, что с этапа меня сняли. И вдруг в тот момент, когда ко мне и сон стал возвращаться, и психика нормализировалась, я узнаю, что меня отправляют в дурдом в г. Семипалатинск.

Что за этим скрывается ответить на этот вопрос сложно. Возможно в свете ожидаемых событий внутри колонии от меня решили временно избавиться.  Но, скорее всего, тот басеке, который и режиссирует все происшествия в моей судьбе, как и сам дикий арест с последующим изуверским осуждением, дал указание отправить по этапу.

И когда я оказался в дурдоме, далеко не факт, вполне возможно, что меня и на самом деле бы признали псих больным и стали бы глушить психотропными лекарствами, чего я и опасался.

Но к чести медиков в психиатрическом отделении Семипалатинска мой диагноз отклонили. Вся эта история выходила бы смешной, если бы не было так страшно. Что меня ожидает на следующем повороте судьбы известно лишь одному Богу. Но я вполне допускаю мысль, что когда я вернусь на Жаман, ситуация вернется в то русло, когда я так скажем, и начал сходить с ума.

Ваш Вадим Курамшин

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий


− 1 = пять