Главная » Новости » ЗАЯВЛЕНИЕ СПЕЦИАЛЬНОГО ДОКЛАДЧИКА ООН О СВОБОДЕ СОБРАНИЙ И СОЮЗОВ В РК

Infographic-Kazakhstan-FINAL1Я хотел бы поблагодарить Правительство Республики Казахстан за приглашение посетить страну. Правительство Казахстана распространило постоянное приглашение на все специальные процедуры, и я очень ценю тот факт, что даты моего визита были быстро согласованы. Я рассматриваю этот шаг как намерение Правительства участвовать в конструктивном диалоге о праве на свободу мирных собраний и праве на свободу объединений, помимо других прав человека. Я очень рад этой возможности посетить и больше узнать о Казахстане.

Кроме того, я бы хотел поблагодарить людей, с которыми я встретился, за сотрудничество, доброту и гостеприимство, оказанное моим коллегам и мне в ходе моего визита, и которые еще раз подтвердили широкоизвестные традиции казахстанского гостеприимства.

Я благодарен Правительству Казахстана за сотрудничество до моего приезда и в ходе моего визита, в том числе и за организацию встречи с Владимиром Козловым, лидером партии «Алга!», отбывающим 7,5 лет тюремного заключения.

Я встретился с представителями исполнительной, законодательной и судебной властей. В ходе встреч состоялся плодотворный обмен мнениями. У меня так же была возможность встретиться с представителями центральных государственных органов в Астане, областных и местных органов в Алматы, Мангистауской области и Жанаозене.       Кроме того, были встречи с бесстрашными правозащитниками, членами организаций гражданского общества, независимых профсоюзов, активно вовлеченных в очень важную работу по усилению верховенства права в Казахстане. Я был очень тронут историями жертв нарушений прав человека. Эти люди все так же полны решимости, несмотря на потери, понесенные в результате кризиса в Жанаозене в декабре 2011 г.

Тем не менее, я должен отметить, что я глубоко разочарован инцидентом, который заставляет меня беспокоиться о безопасности людей, с которыми я встречался, и в целом вызывает озабоченность ситуацией с правами человека в Казахстане. 23 января в Актау у меня была встреча с представителями гражданского общества. По окончании встречи при выходе из здания я обнаружил, что неизвестные люди на заднем сиденьи автомобиля, припаркованного прямо напротив выхода, фотографировали выходящих из здания людей. Они также сфотографировали моего водителя. Использованное при этом оборудование и то, как это делалось, позволяет ассоциировать произошедшее с секретным полицейским наблюдением. Я подошел к этим людям и потребовал сообщить причину, по которой они нас фотографировали. Не дав ответа, они в спешке уехали. Я сделал по этому поводу официальное заявление начальнику департамента внутренних дел Мангистауской области и изложил ему детали происшедшего. Меня заверили в том, что будет проведено полное расследование. Перед вылетом из Актау 24 января мне сообщили о задержании подозреваемого. Я встретился с ним лично в аэропорту, но это был не тот человек, которого я видел на парковке.

Я глубоко встревожен этим инцидентом, но еще больше тем, как власти разобрались с этим происшествием. Был представлен не тот человек, а вместе с ним и якобы сделанное им «признание». Я обеспокоен тем, что подобное рассмотрение данного инцидента указывает на нежелание защищать должным образом права человека в стране, а также на чувство безнаказанности некоторых должностных лиц. Я думаю, что местные власти знают, кто фотографировал людей, выходивших из здания после встречи со мной, и что этот инцидент был рассчитан на то, чтобы запугать их и внушить им страх.

Власти должны обеспечить безопасность всех людей, с которыми я встречался, и предоставить гарантии того, что эти люди не подвергнутся каким бы то ни было репрессиям: угрозам, притеснениям, наказанию или преследованию по суду, как этого требуют резолюции Совета ООН по правам человека 24/24 и 12/12 и требования к визитам Специальных процедур Совета по правам человека. Я попросил всех правозащитников, с кем я встретился, и снова прошу сегодня проинформировать меня и представительство ООН о любых случаях репрессий, если таковые будут иметь место. Я поднял этот вопрос с представителями госорганов в Астане и меня заверили, что репрессий не будет, а этот и другие инциденты намеренного запугивания не останутся без внимания. Я еще вернусь к данным мне заверениям.

Независимости Казахстан уже 23 года, и достигнутый за это время прогресс достоин восхищения. Уровень экономического роста и инфраструктурного развития, примером которого является строительство новой столицы – Астаны, впечатляет. Казахстан стремится войти в 30 наиболее развитых стран мира к 2050 г., и мобилизовал для достижения этой достойной цели свой потенциал и ресурсы – природные, человеческие и финансовые.

Я поздравляю народ и Правительство Казахстана с достигнутым экономическим прогрессом. Я не сомневаюсь в том, что с такой энергией и целеустремленностью, которые я наблюдал во время своего визита, Казахстан при условии проведения необходимых политических реформ может стать образцом демократии и развития не только в Центральной Азии, но и в мире.

Население Казахстана культурно и этнически разнообразно. Люди исповедуют разные религии, но живут во взаимной гармонии. Я восхищаюсь усилиями Правительства по обеспечению стабильности и единства народа, особенно в довольно напряженных и сложных геополитических условиях.

Тем не менее, важно подчеркнуть, что во имя поддержания стабильности часто неправомерно ограничивается право на свободу мирных собраний и право на свободу объединений. Такой подход ошибочен. Полноценная реализация прав человека и поддержание мира и гармонии взаимно подкрепляют друг друга. Лучшим гарантом стабильности является обеспечение полного осуществления прав человека всеми людьми, живущими в Казахстане, что подкрепляется добровольной ратификацией Казахстаном международных документов в области прав человека.

На встречах с представителями различных государственных органов говорилось о необходимости ограничения мирных собраний из-за опасений революции, подобной событиям на Майдане в Украине. Понимая, как трудно способствовать проведению такого большого собрания людей, как на Майдане, я не могу принять эту причину в качестве легитимного основания для ограничения права. Обстоятельства в Украине сильно отличаются от условий в Казахстане, где правительство пользуется значительной поддержкой и одобрением населения.

В действительности в интересах правительства позволить свободу мирных собраний как предохранительный клапан, защищающий от более серьезных потрясений в обществе. Люди, не имеющие возможности выразить свое недовольство мирным способом, в большей мере склонны высказать его в насильственной форме или найти утешение в экстремистской идеологии. Правительству Казахстана необходимо осознать, что свободное осуществление прав на свободу мирных собраний и объединений – это уникальная возможность понять душу народа и трудности, с которыми он сталкиваются.

Свободное осуществление прав на мирные собрания и объединения дает властям важные сведения о том, с какими проблемами сталкивается население, что приобретает особую важность в такой большой стране, как Казахстан. Нет лучшего способа узнать нужды людей, живущих далеко за пределами Астаны, и нет лучшей системы сдержек и противовесов для местных органов власти.

Права человека и особенно право на свободу мирных собраний и право на свободу объединений укрепляют подотчетность Правительства, этническое равенство, культурное разнообразие, толерантность, участие и эффективное государственное управление. Несомненно, большая толерантность и открытость в отношении свободы выражения мнений, пусть даже критических, несогласных и оппозиционных, служит созданию более справедливого и стабильного общества и укреплению фундамента идеи развития, поддерживаемой народом и Правительством. Это может стать соответствующим наследием будущим поколениям – наследием, которое найдет отклик до 2050 г. и после.

Я бы хотел бы выделить некоторые повторяющиеся проблемы, которые я смог выявить в отношении соблюдения права на свободу мирных собраний и права на свободу объединений. Пространство для выражения несогласия очень ограничено. Есть страх участия в оппозиционной политической деятельности или выражения оппозиционных мнений по разным причинам, в частности законодательства, которое стремится контролировать гражданское общество, предусматривает серьезное наказание за организацию и участие в мирных собраниях, клеймит и криминализирует инакомыслие, способствует заключению оппозиционных политических деятелей и в целом, укореняет идею, которая преподносит выражение критически настроенных политических мнений в качестве угрозы стабильности государства.   Наблюдается явный недостаток доверия к судебной системе.

Хотя представители государственных органов неоднократно ссылались на «верховенство права», правоприменительная практика в Казахстане демонстрирует сильный крен в сторону «управления посредством права, или закона», что, возможно, является пережитком советского прошлого. Закон призван служить людям, а не люди закону, в духе поддержания человеческого достоинства и как его основного посыла и предмета. Я настоятельно призываю Правительство соблюдать не только технические требования своих обязательств в области прав человека, но и концепцию, лежащую в основе этих обязательств. Примечательно, что на многих встречах с представителями госорганов акцент ставился больше на ограничениях прав, чем на самих правах. Это неверное истолкование прав человека, где фокус сконцентрирован прежде всего на способствовании и осуществлении права, а не на их ограничениях, которые должны толковаться узко.

На этом я хотел бы подчеркнуть, что я нахожусь в полном распоряжении Правительства Казахстана, если потребуется техническая помощь в выполнении им своих международных обязательств в области прав человека. Для меня будет большой честью помочь любым возможным для меня способом.

В контексте этой общей озабоченности, но в духе сотрудничества и конструктивного диалога я бы хотел поделиться более конкретными предварительными наблюдениями и рекомендациями.

Свобода Объединений

Конституция Республики Казахстан защищает право и свободу формировать объединения. Тем не менее, по моим наблюдениям и результатам обсуждений с разными собеседниками, это право серьезно ограничивается различными законами, регулирующими создание и функционирование объединений, а также на практике. Это верно в отношении политических партий, общественных объединений, профессиональных союзов и религиозных объединений.

1 января 2015 г. вступил в силу новый Уголовный кодекс и Кодекс об административных правонарушениях. Оба содержат широко сформулированные положения, которые могут потенциально криминализировать и наказывать общественные объединения и их членов за правомерную деятельность. Особую озабоченность вызывает статья 174 о разжигании розни, которая присутствовала и в утратившем силу Уголовном кодексе и использовалась против людей, реализующих свое законное право на свободу выражения, объединения и мирных собраний. В новом Уголовном кодексе максимальное наказание увеличено с 12 до 20 лет.

Закон, регулирующий создание политических партий, проблематичен, поскольку накладывает обременительные требования до регистрации, включая требование наличия первоначально большого число членов, что не дает возможности небольшим партиям сформироваться, и большой объем документов, сбор которых требует много времени и других затрат. Я также озабочен свободой действий, предоставленной чиновникам, ответственным за регистрацию предлагаемых партий. Процесс недостаточно прозрачен, и, что настораживает еще больше, закон позволяет беспрестанно продлевать сроки рассмотрения госорганами заявления о регистрации партии.

Вызывает озабоченность и тот факт, что функция регистрации политических партий возложена на исполнительную власть, с которой этим партиям придется конкурировать за власть. Неудивительно, что независимым и оппозиционно настроенным партиям невозможно получить регистрацию у потенциального конкурента.

К примеру, «Народная партия «Алга!» в течение семи лет пыталась зарегистрироваться, но тщетно главным образом из-за того, что достоверность информации о членах партии так и не была проверена властями. Алга! была запрещена в декабре 2012 г. после признания ее «экстремистской», хотя в законе этому не дается четкое определение.

Я призываю создать государственный орган, независимый от судебной, законодательной и судебной властей, и наделить его полномочиями по регистрации и регулированию политических партий.

Озабоченность по поводу экстремизма затруднила и право на объединение религиозных групп. Мне сообщили, что власти осуществляют чрезмерный жесткий контроль над деятельностью религиозных организаций. На религиозные объединения была возложена обязанность повторной обязательной регистрации, в результате которой некоторым религиозным группам было отказано в регистрации.   Небольшие религиозные сообщества, где количество членов составляет меньше 50 человек, не могут зарегистрироваться и не могут в итоге регулярно отправлять религиозные обряды даже в частном помещении.

Закон о религиозной деятельности и религиозных объединениях, недавние поправки в законы о противодействии экстремизму и терроризму тоже заслуживают упоминания, как и закон о профессиональных союзах, принятый в 2014 г., который требует обязательного присоединения профсоюзов к территориальным либо отраслевым федерациям, ограничивая таким образом свободу формировать независимые профсоюзы.

Мне сообщили о нескольких объединениях, которым было отказано в регистрации, невзирая на их неоднократные попытки зарегистрироваться, по неубедительным причинам: ошибки при заполнении заявления либо несоответствие между текстами на казахском и русском языках. В некоторых случаях объединениям отказывали в регистрации на основании того, что объединение со схожими целями уже существует. Меня беспокоит такое оправдание. Откажут ли власти в выдаче лицензии на ведение бизнеса новому ресторану по причине того, что в городе уже есть ресторан?

Я обращаюсь к Правительству с настоятельным призывом тщательно проанализировать всю правовую базу, которая регулирует и руководит правом на свободу объединений, чтобы привести ее в соответствие с международными стандартами в области прав человека, в стремлении стать в будущем одной из наиболее развитых стран. Положения, нарушающие презумпцию в пользу свободы объединений и другие ключевые элементы права, должны быть отменены или изменены.

Свобода Мирных Собраний

Хотя право на свободу мирных собраний гарантировано Конституцией Республики Казахстан, подход государства к регулированию мирных собраний лишает право его смысла. Во-первых, собрания должны быть санкционированы местными властями. Во-вторых, даже санкционированные собрания могут быть проведены только в специально отведенных местах, что не позволяет организаторам и участникам выбирать наиболее подходящее, по их мнению, место для выражения их мнений и недовольства.

Например, в Алматы я посетил сквер за кинотеатром «Сары-Арка», который является единственным местом в городе, где разрешено проводить собрания. Это месторасположение лишает участников возможности выражать свое мнение «в пределах видимости и слышимости» их целевой аудитории. Более того, этот сквер находится на некотором расстоянии от центра в жилом районе города, что в действительности может поставить под угрозу безопасность демонстрантов, прохожих и жителей.

Объясняя причины этих ограничений, власти часто ссылались на нагрузку на движение автотранспорта и озабоченность в связи с тем, что собрания нарушают «права других людей». Все эти причины являются правомерными, но они не должны превалировать или вытеснять само право. Для ясности, право на свободу мирных собраний может быть подвергнуть определенным ограничениям. Но международное право в области прав человека четко говорит о том, что ограничения, применяемые к этому праву, не могут ущемлять суть самого права. Сначала речь должна идти о праве, а потом об ограничениях и только узких. К сожалению, на сегодняшний день в Казахстане свобода собраний рассматривается скорее как привилегия, одолжение, а не право.

Города по всему миру – в богатых странах и не очень – проводят публичные мирные собрания и марши ежедневно, не ущемляя серьезно при этом прав граждан. Без сомнения, это сложная задача. Я уверен в том, что Казахстан может справиться с этой задачей, принимая во внимание его достижения и потенциал. Повторюсь, я нахожусь в Вашем распоряжении для дальнейшего сотрудничества по этому вопросу, если Правительство сочтет подобное сотрудничество необходимым.

Во время моего визита было объявлено о намерении организовать 24-27 января публичные мирные собрания в восьми городах. По полученной мною информации, местные исполнительные органы отказали в проведении этих собраний в местах, указанных в заявлениях, а несколько человек были превентивно задержаны в попытке предотвратить осуществление ими своих прав. Несколько мирных собраний все же состоялись в отведенных для этого местах.

В ходе визита я с удовлетворением отметил, что те немногие санкционированные в последние годы собрания были проведены мирно при ограниченном применении силы со стороны сотрудников правоохранительных органов.   Я считаю это демонстрацией высокого уровня ответственности всех сторон, которую может стать основой для дальнейшего расширения демократического пространства.

Однако я бы хотел подчеркнуть, что положения закона о порядке организации и проведения мирных собраний, определяющие организаторов ответственными за общественную безопасность, должны быть изменены, поскольку поддержание общественного порядка является исключительной обязанностью властей.

Правительство Республики Казахстан знает о проблемах, которые я затрагиваю, поскольку оно взяло на себя обязательство пересмотреть законодательство, регулирующее мирные собрания, по случаю Универсального периодического обзора в Совете по правам человека ООН в 2010 году. Это обязательство заслуживает похвалы, но настало время перейти от слов к действиям. Несколько недель тому назад Комитет по правам человека ООН также постановил, что Казахстан имеет обязательство «пересмотреть свое законодательство, в частности, закон о порядке организации и проведения мирных собраний, митингов, шествий, пикетов и демонстраций в Республике Казахстан».

С удовлетворением отмечаю создание коллективной Диалоговой площадки по человеческому измерению в поддержку усилий по реформированию законодательства. Призываю Правительство учесть не только технические рекомендации, сделанные в ходе работы данной диалоговой площадки, но также концептуальную основу этих рекомендаций. Еще раз хочу подчеркнуть свою готовность оказать любую помощь, которую Правительство Республики Казахстан сочтет полезной.

Жанаозенские События

Не многие проблемы демонстрирует трудности в области прав человека в Казахстане, как кризис в Жанаозене. Я был в городе и встречался с жертвами и ранеными. Боль и гнев все еще свежи, несмотря на усилия, предпринимаемые властями по устранению некоторых фундаментальных причин, которые привели к забастовке. Я высоко оцениваю меры государства по увеличению средств, выделяемых на регион, а также обеспечению того, что выделяемые средства достигают назначенного места, и тот факт, что большинство бастовавших рабочих сейчас благополучно трудоустроены.

У меня была возможность обсудить кризис декабря 2011 г. с Генеральной прокуратурой, родственниками погибших, со многими рабочими, которые мирно собрались 16 декабря 2011 г., с прохожими, которые были там в то время. Я встретился с Розой Тулетаевой. Информация о событиях того дня противоречива, особенно о действиях рабочих, возможных провокаторов и полиции. И сегодня выжившие и жертвы не верят в то, что свершилось правосудие или что оно свершится.

Спустя три года с момента кризиса меня глубоко беспокоит то, что раны еще не залечены. Поэтому я присоединяюсь к призыву Верховного комиссара по правам человека провести независимое международное расследование этих событий. Только независимое расследование может пролить свет на эти события, восстановить веру в систему правосудия и позволит жертвам оправиться, в том числе путем выплаты компенсации и сооружением соответствующих памятников.

Я также получил достоверную информацию о пытках нефтяников, прохожих и других людей 16 декабря 2011 г. после и во время содержания под стражей. Я обеспокоен этими сообщениями, а так же тем фактом, что эти заявления не были быстро и эффективно расследованы. Я особенно обеспокоен ситуацией Максата Досмагамбетова, больного раком.

Необходимо отметить, что Казахстан недавно принял политику нулевой терпимости к пыткам, что заслуживает всяческой похвалы и должно быть незамедлительно реализовано в целях гарантирования того, что осуждение бастующих рабочих не было основано на показаниях, полученных под пытками, и что те, кто пытал, но кому не были предъявлены обвинения, не ушли от правосудия. Я настоятельно призываю Генеральную прокуратуру расследовать заявления о применении пыток и принять соответствующие меры для обеспечения права тех, кто был осужден, на справедливое судебное разбирательство.

Трагические события в Жанаозене глубоко повлияли на восприятие мирных протестов в стране. Тем не менее, в процессе демократизации и либерализации, намеченного государством, поощрение отличающихся или противоположных взглядов будет воспринято как знак динамичного и демократического общества. Я не сомневаюсь в том, что такой подход внесет положительный вклад в социальный мир и гармонию, будет способствовать ускоренному экономическому росту страны и в конечном итоге послужит на пользу народу Казахстана. Без сомнения, успех страны в осуществлении экономических реформ может быть подобным же образом направлен на реформу в области гражданских и политических прав. Я глубоко уверен в том, при наличии политической воли такие перемены более чем возможны.

Благодарю вас за внимание. Үлкен рақмет.

This statement is also available in English.

Источник: http://freeassembly.net/

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий


девять − = 5