Главная » Анализ » О ситуации после ухода американцев из Афганистана

У США уже нет времени для организации зоны хаоса после своего ухода из Афганистана и захвата талибами Кабула. Поэтому данное геополитическое поражение американцев в связи с быстрым приходом к власти боевиков будет иметь далеко идущие последствия для всего региона. Фактически Вашингтон теряет своих потенциальных союзников и сателлитов, а вся Центральная Азия достаётся России и Китаю.

Данное отступление превратилось в бегство, а падение марионеточного режима Ашрафа Гани произошло слишком быстро, чем рассчитывали в Белом доме. События действительно развивались молниеносно. Еще две недели назад многие аналитики и политологи заявляли, что до полной победы Талибана очень далеко, так как это движение не контролирует ни одного провинциального административного центра. Подобное якобы показывало слабость талибов, которые имея от 60-ти до 75-ти тысяч «штыков» против 300 тысяч солдат правительственных войск и 100 тысяч бойцов частных военных компаний, не были способны захватить и удержать крупные города.

В этом и крылся расчёт коллективного Запада, ставившего на длительную гражданскую войну или на «афганизацию» конфликта, типичную тактику, опробованную американцами после ухода из оккупированных стран. Отработали янки данную технологию еще в Южном Вьетнаме, но там данная методика потерпела крах в 1975-м году и многие сейчас сравнивают с теми событиями нынешнее поспешное бегство американцев и их коллаборационистов из Кабула. Более удачно у Вашингтона получилось в Ираке, где удалось создать и расширить зону хаоса за счет ИГИЛ, который вторгся на волне «цветной революции» в соседнюю Сирию.

Помнится, еще в начале своего президентского срока Джо Байден, когда анонсировался вывод американских войск к 21-му сентября, перед репортерами полностью отверг вьетнамский вариант развития ситуации. Глава Белого дома даже хвастливо заявил следующее: «Талибан — это не северо-вьетнамская армия. Они даже близко не обладают такими возможностями. Вы не увидите, как людей снимают с крыши посольства США в Афганистане. Это несравнимые ситуации». Самое смешное, что произошло практически то же самое.

Всё изменилось, когда 6 августа талибами была захвачена первая столица провинции, а следом всего за несколько дней пали под натиском боевиков административные центры девяти провинций. 12 августа они уже взяли под контроль города Кандагар и Герат, а в ночь на 15 августа в их руках оказался Джелалабад, центр провинции Нангархар на востоке Афганистана. Кабул, как известно, в ночь на воскресенье также был взят практически без боя, как и президентский дворец, куда вошли боевики движения буквально через несколько часов после исчезновения президента Ашрафа Гани.

Также бесславно покинул страну со своими отрядами и надежда американцев и турков «маршал» Дустум, которого пророчили во главе нового «Северного альянса». Он постарался быстро пересечь афгано-узбекскую границу, а в будущем намеревается перебраться в Анатолию поближе к своему другу Эрдогану. Следом за этим рушится и хитрый план Анкары по разделу страны и созданию «Южного Туркестана», как базы будущей неоосманистской экспансии в Центральной Азии и Синьцзяне.

Надо отметить, что сейчас Талибан поддерживают не только пуштуны, которые составляют большинство населения страны, но и этнические узбеки и таджики на севере, среди которых были созданы отделения этого движения. Это говорит о том, что за 20 лет от американской оккупации устали все и теперь исламское движение воспринимается как спасение и единственная сила способная установить порядок в стране. То есть, задумка Вашингтона и Лондона поставить на северные группировки и раскрутить местный ИГИЛ с целью продолжения внутреннего конфликта также полностью провалилась.

Соответственно, у американцев просто нет времени и сил для развития полноценной гражданской войны, так как правительственные войска и ЧВК оказались полностью деморализованными, а прежние северные группировки распались, тогда как местное население отдало своё предпочтение Талибану. Данное движение уже давно является национально-ориентированным, выступает за целостность страны и в течение 20-ти лет войны доказало свою боеспособность и эффективность.

И теперь после поражения сил сына Масуда в Панджере речь идет об установлении нового режима над всей территорией Афганистана без исключения.

Фактически декларируется такая мягкая диктатура, более умеренная по сравнению с правлением в 90-х и начале нулевых, так как в этот раз руководители движения заинтересованы в большей респектабельности из-за выстраивания дружеских и добрососедских отношений с Россией, Китаем и Ираном, а также в привлечении на свою сторону значительной части населения городов.

Об этом уже заявил представитель катарского внешнеполитического офиса талибов Мухаммед Наим, который обещал, что после полного освобождения Афганистана от иностранных захватчиков они намерены наладить со всеми внешними партнерами сбалансированные отношения. На данную позицию влияет как Пакистан, поддерживавший на протяжении многих лет движение, так и Китай.

Так, еще в июле состоялась встреча министра иностранных дел КНР Ван И и муллы Абдул Гани Барадар в результате чего была достигнута договоренность об изгнании уйгурских боевиков-сепаратистов, поддерживаемых США и Турцией. В обмен на это Поднебесная намерена вкладывать значительные средства в инфраструктурные и энергетические проекты Афганистана. Получается, что страна полностью уходит в сферу влияния Китая.

Из «либеральных» обещаний талибов было даже заявлено, что не будет вводиться запрет на учебу девочек и женщин, будут даны послабления в сфере образования, культуры и СМИ. Правда, сейчас пока эти обещания на практике не столь четкие, учитывая последние митинги женщин в том же Кабуле, а также антипакистанских манифестаций.

Не было выполнено и другое обещание талибов – создать инклюзивное или коалиционное правительство. Тот состав временного кабинета, который был объявлен на этой неделе, состоит полностью из числа деятелей талибов, в том числе из тех, кто до сих пор находится в международном розыске.

Сохраняются ли шансы на дестабилизацию ситуации в Афганистане?

Да, сохраняются, так как в стране остались еще остатки силы Масуда, которые после потери административных центров в Панджере ушли в горы. Вашингтон и возможно Тегеран постараются накачать эти силы с целью попытаться возродить Северный Альянс. Что интересно тут совпали интересы США и Ирана, так как Тегеран явно недоволен усилением Пакистана. Многие наблюдатели, кстати, указывают, что во время штурма Панджера, непосредственное участие в ударах по наземным целям принимала участие пакистанская авиация, что якобы стало решающим во время сражения за провинцию.

Но пока разбитые отряды Масуда мало что могут сделать на данный момент и речь может идти только о развертывании длительной партизанской войны в случае, конечно, если это поддержат племенные вожди и кланы узбекской и таджикской диаспор. Но пока этого не видно, так как деятели «Северного альянса» были уже давно дискредитированы в глазах последних и те будут занимать выжидательную позицию, наблюдая насколько эффективным будет государственное строительство талибов и насколько их интересы будут учитываться новой властью.

Существует и опасность раскола внутри самого Талибана. Все-таки надо учитывать, что это движение не является террористическим как ИГИЛ, а имеет некоторые характеристики партии, где имеется своя программа и идеология. В движении имеется два крыла – военное и политическое. Политическое, считается более умеренным, оно и проводило все переговоры с Москвой и Пекином.

Но не исключены трения внутри этого движения в последующем за власть и внутренняя борьба между полевыми командирами в регионах, так как надо учитывать, что в момент успехов Талибана в этом году туда вступили многие кому не лень. Насколько удастся поставить их всех под свой жесткий контроль центральной власти то же большой вопрос. Но у талибов есть инструмент поддержки в виде спецслужб и армейских частей Пакистана, которые помогают наводить «порядок» в стране.

Свою роль в дестабилизации может сыграть и Турция. В частности, речь идет о попытках вновь закрепиться в аэропорту Кабула. Так, представители стран G7, а также Турции и Катара в понедельник, 30 августа, обсуждали будущее этой воздушной гавани после завершения вывода оттуда войск США. И главная роль в операции по возвращения контроля НАТО за этой стратегической точкой отведена как раз Эрдогану. Только теперь это обставляется мирными целями и обряжается в добрососедские одёжки.

Сейчас руководству талибов подсовывают сладкую пилюлю и обещания признания в обмен на уступки в деле управления аэропортом. Так, западное издание The Middle East Eye публикует подробности сделки между Турцией и «Талибаном», к достижению которой якобы близки стороны. По данным ресурса Анкара в рамках соглашения обязуется признать исламское движение, пришедшее к власти, в качестве законного правительства Афганистана, но в обмен на это Турция и Катар будут управлять аэропортом Кабула совместно.

Если талибы согласятся на такой шаг, то безопасность воздушной гавани будет обеспечивать частная военная компания (турецкая SADAT). При этом военнослужащие турецкого спецназа, действующие в штатском, будут обеспечивать безопасность турецкого технического персонала, не покидая периметр аэропорта Кабула. Предполагается, что такой договор будет заключен в ближайшее время.

В случае осуществления такого варианта талибы заложат в фундамент своей власти настоящую бомбу, так как Турция в этом случае будет проводником американского и британского влияния в стране и в регионе и будет наращивать собственное присутствие, а также финансировать и направлять действия других исламских террористических группировок, созданных в своё время при участии ЦРУ.


Что мы имеем в итоге?

На этом фоне крах марионеточного правительства и оставление американцами на произвол судьбы, вернее на милость талибов, десятков тысяч своих пособников показывает всем в регионе, да и во всем мире истинную сущность Вашингтона. Более того, происходит крушение идеологической концепции прежней внешней политики Белого дома, основанной на насильственном насаждении «демократических и либеральных ценностей». После 20-ти лет оккупации янки сами признали её несостоятельность.

Тот шок от неорганизованного бегства, олицетворением которого стал кабульский аэропорт – тоже является ярким проявлением поражения США в Афганистане и регионе. Стоит отметить что правящие элиты бывших советских среднеазиатских республик отказались от предложения Госдепа США разместить у себя военные базы Пентагона якобы для размещения ударной авиации и вывозимой техники для нанесения дальнейших ударов по исламским террористам в Афганистане.

Это во многом произошло потому, что Москва и Пекин выразили резко негативную позицию по этому вопросу. Особенно жестко выступил Китай, пригрозив тем, что в случае размещения таких баз — это будет рассматриваться как явно недружественный шаг со всеми вытекающими из этого последствиями.

Не состоялся также и «хитрый план» Вашингтона по созданию зоны управляемого хаоса после своего ухода. Те, кто считает, что американская администрация выводом своих войска расставляет ловушку для Кремля, который вынужден будет уделять больше времени ресурсов Центральной Азии явно ошибается.


Кто же в итоге выиграл от ухода американцев из Афганистана и Центральной Азии?

В первую очередь – это конечно Китай, так как подобное означает установление в ближайшей перспективе доминирования Поднебесной в регионе. Это серьезнейший успех Пекина в деле территориального продвижения сферы своего влияния далеко на запад. Более того, можно говорить о конце эпохи «многовекторной политики» и пресловутой «независимости» правящих элит среднеазиатских постсоветских республик.

Само поражение США и стран членов НАТО и его последствия еще пока мало кем изучено в глубину, так как большинство рассматривают ситуацию в Афганистане пока только через призму возможности развития гражданской войны и угроз, исходящих от исламских террористов для соседних стран. Это также имеет место быть, но данные события лежат лишь на поверхности, приводя в настоящий трепет глав территориальных образований, возникших после распада СССР.

В действительности нынешнее поспешное отступление американцев, напоминающее бегство, сначала из Афганистана, а затем и из Ирака, ведет к более существенным изменениям и открывают одновременно для Москвы и Пекина целое окно возможностей. В первую очередь в результате успехов Талибана полностью рушатся все транспортные и энергетические маршруты в южном направлении через территорию Афганистана, продвигаемые США и ЕС в Центральной Азии в обход интересов России и Китая. Например, тот же трансафганский железнодорожный путь в порты Пакистана и американская энергетическая программа CASAREM повисают в воздухе и теряют свой смысл.

Вторым важнейшим фактором для всего континента становится безальтернативность для правящих элит конструкции «Один пояс, один путь» со своими транспортными, товарными и энергетическими маршрутами, в рамках которого органично встраивается и Евразийский экономический Союз (ЕАЭС). За это говорит резкое сближение России и Китая, которое носит стратегический характер.

Нынешние совместные росийско-китайские военные учения «Сибу/Взаимодействие-2021» также демонстрируют всем, что военно-технический потенциал двух стран настолько велик, что практически непреодолим и является уже данностью международной политики. Что же касается угроз, исходящих от исламских группировок, то Москва и Пекин в рамках ШОС и ОДКБ уже гарантировали безопасность бывшим советским среднеазиатским республикам за счет увеличения поставок вооружения, подготовки командных кадров, проведения учений и увеличения контингентов своих войск в регионе.

По сути, обе державы и заполняют вакуум в регионе, образовавшийся в результате отступления американцев. Попав под зонтик России и Поднебесной все эти правящие элиты в Центральной Азии уже не смогут свободно предоставлять свою территорию для войск НАТО. Пекин уже недвусмысленно заявил бывшим советским среднеазиатским республикам, что перенос баз Пентагона из Афганистана в их страны будет рассматриваться как очень недружественный шаг со всеми экономическими и политическими последствиями для последних.

Другим очень важным аспектом стало то, что в июле был подписан пакт о сотрудничестве между Китаем и Ираном, который ставит твердо Тегеран в рамки китайской инициативы «Один пояс – один путь» и обещает изменить стратегические расчеты для всего среднеазиатского региона. Пекин обязался инвестировать в течение 25 лет в иранскую экономику более 400 миллиардов долларов, что по масштабу сравнимо с ВВП Ирана. В обмен на это Тегеран гарантирует партнерам стабильные поставки нефти — предположительно, с серьезными скидками.

В реальности это означает, что Поднебесная покупает иранскую политическую элиту, которая в свою очередь становится сателлитом Пекина. Таким образом в результате этих процессов периметр безопасности внешней границы КНР переместится в район Турции, Закавказья, Ближнего востока и Персидского залива. Такое развитие событий можно назвать крупнейшей геополитической победой Китая, без войны оказавшегося способным так далеко продвинуть границу своего влияния.

Поэтому следует ожидать переформатирования политического поля некоторых стран, попавших в зону влияния России и Китая, что означает наступление конца периода «многовекторности».

Айнур Курманов

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий


шесть − = 2