Главная » Анализ » О ЯНВАРСКИХ МАССОВЫХ НАРОДНЫХ ВЫСТУПЛЕНИЯХ И ЗАБАСТОВКАХ В КАЗАХСТАНЕ

Мы публикуем материал с предварительным первичным анализом произошедших событий. В течение ближайших недель будут опубликованы новые статьи с выводами и уточняющими деталями


Причины выступлений

Сам социальный взрыв зрел и к нынешнему моменту перезрел уже более чем давно. Связано это с тем, что Казахстан превратился в сырьевую колонию развитых капиталистических стран. И в течении 30-ти лет руководство из числа бывших партийных и комсомольских руководителей во главе с Назарбаевым проводило самые жесткие рыночные реформы, направленные на приватизацию крупной промышленности и, в первую очередь, добывающей, а социальная система обеспечения шла на слом, с повышением пенсионного возраста, что бывший первый секретарь ЦК КПК удостоился от Маргарет Тэтчер похвалы и звания самого лучшего ученика среди президентов на постсоветском пространстве.

Миллионы людей оказались за чертой бедности, лишились в одночасье работы из-за ликвидации предприятий обрабатывающей промышленности и принудительной ликвидации в середине 90-х колхозов и совхозов. Вся крупная промышленность сконцентрировалась в итоге на западе Казахстана в нефтедобывающих регионах, где окопались еще с 1993 года американские и европейские компании, контролирующие две трети добычи и в центре Казахстана, где главными компаниями являются «АреселорМиттал Темиртау» британского миллиардера Лашкми Миттала и корпорация «Казахмыс».

Что же касается Мангистауской области и регионов Западного Казахстана, где вспыхнули первые выступления протеста, то можно сказать, что там были наиболее сконцентрированы все социальные противоречия и недовольство, ставшие причинами забастовок и массовых народных выступлений, о которых мы постараемся тут рассказать.

Во-первых, Мангистауская, Актюбинская, Атырауская, Западно-Казахстанская и Кызылординская области – регионы массовой безработицы, где практически больше нет другой работы, кроме как предприятий нефтегазового сектора. Советская обрабатывающая промышленность там была практически полностью разрушена еще в 90-е годы. И в том же Жанаозене и Актау, где были отмечены первые митинги и забастовки, на одного работающего нефтяника приходится еще по 7-8 безработных родственников и взрослых детей.  И именно поэтому бастующие и митингующие выдвинули помимо остальных еще и требование строительства новых производств.

Находясь в таких жёстких условиях и тяжелых климатических условиях, так как это регионы полупустыни, трудовые коллективы и местное население образовали настоящую смычку, а солидарность и сплочение стали залогом успеха в деле проведения многочисленных забастовок, которые были с начала 2000-х годов.

Во-вторых, инфляция лета и осени прошлого года и рост дороговизны привели к обесцениванию тенге и к снижению покупательной способности заработных плат. Особенно это отразилось на Мангистауской области, который является «тупиковым» регионом и где завозятся все продукты и товары и цены на них еще в два или три раза выше, чем в целом по стране. И кроме этого повышались цены на ГСМ и все виды коммунальных услуг. Естественно, что повышение 1 января в два раза цены на сжиженный газ просто стало уже спусковым крючком для взрыва недовольства и не только автолюбителей, так как этот рост стоимости означал и резкое подорожание продуктов, перевозимых автотранспортом.

В-третьих, не верьте, когда говорят, что данные выступления были полной неожиданностью и случайностью, ведь весь 2021-ый год Мангистаускую область и все регионы Западного Казахстана лихорадило постоянными митингами и забастовками нефтяников и рабочих сервисных компаний во многом на предприятиях с участием иностранного капитала. И это были во многом захватные забастовки, когда на территории предприятий или перед воротами устанавливались палатки и юрты, чтобы не давать вывезти технику и привезти штрейхбрейхеров. Местное население и соседние коллективы также, как и в начале января на митингах приносило продукты питания, воду, вещи и даже собирали средства.

Но несмотря на то, что в результате забастовок удалось добиться повышения заработных плат, важнейшие требования, как отказ от результатов политики оптимизации и возвращения обратно сервисных предприятий в состав основного производства, а также обеспечение свободы профсоюзной деятельности и легализации и признания, созданных самими рабочими независимых профсоюзов, были проигнорированы. Надо отметить, что в результате оптимизации, проведенной западными менеджерами, потеряли в зарплатах и социальном пакете сотни тысяч нефтяников.

В-пятых, в декабре 2021 года на месторождении Тенгиз на совместном предприятии «Тенгизшевройл» в Атырауской области, где 75% акций принадлежит американским компаниям «Chevron» и «Exxon Mobil», было сразу уволено 40 тысяч рабочих из числа сервисных и строительных предприятий без предоставления каких-либо альтернативных рабочих мест. Такая же угроза сокращений нависла и над рабочими сервисных компаний Мангистауской области.

Надо также учитывать, что в этом в Мангистауском регионе месторождения уже угасающие, разведанные в советское время, многие из которых к 2030-му году будут уже исчерпаны. И тут все нефтяники подходят к перспективе неминуемой потери работы. Поэтому угроза сокращений и неминуемое сворачивание отрасли в данной области также создали безвыходную ситуацию.

Социальный взрыв

Поводом для взрыва недовольства стало решение правительства отправить сжиженный газ для автомобилей «в свободное плавание» – продавать его на бирже по спотам. В результате выиграли монополисты, которые спекулятивно задрали цену в первый же день. Топливо подорожало с 60-ти до 120-ти тенге (до 20-ти рублей) за литр. Это привело к тому, что на следующий день в воскресенье 2 января жители и рабочие местных нефтедобывающих компаний, которые пользуются автомобилями на газе, стали выходить в Жанаозене на стихийные митинги и перекрывать дороги.

Их тут же поддержали жители и рабочие всех районных центров области, а к вечеру развернулся митинг уже и в областном центре Актау, где полиция безуспешно пыталась вытеснить на первых порах толпу с главной городской площади Ынтымак. В итоге и там все центральные улицы были перекрыты, а люди наотрез отказались расходиться.

В результате образовалось два очага протестов – Жанаозен и Актау, где участники решили проводить бессрочный митинг до полного осуществления их требования – снижения цены на газ до 50 тенге за литр (9 рублей). Параллельно протестующими было выдвинуто и другое требование – повышение заработной платы на 100 процентов.

В последующем ночью, а затем утром и днём 3 января к протестующим стали присоединяться трудовые коллективы, которые делали заявления о поддержке митингующих. Там же на площадях стали возводить палатки и юрты, а местное население организовало горячее питание и начало собирать средства. Собственно, это не что-то новое, так как в течение лета и осени жители также проявляли солидарность с бастующими, принося в палатки к рабочим еду и воду.

Поэтому можно назвать нынешние выступления продолжением массовых забастовок прошлого года против политики оптимизации, навязанной западным менеджментом, где множество вспомогательных и обслуживавших предприятий были отделены от основного производства.

Информация о переброске военно-транспортных самолетов с войсками 3 января также вызвало негодование протестующих. В результате протест еще больше расширился, и жители и рабочие в областном центре перекрыли все подъезды к воздушной гавани, заблокировав аэропорт.

Эту реакцию также следовало ожидать, так как еще у всех свежо воспоминания о расстреле участников забастовки в Жанаозене в декабре 2011 года. И поэтому это было воспринято болезненно и уже ночью и утром в ответ на такие действия властей началась всеобщая забастовка нефтяников в Мангистауской области, а также остановили производство рабочие на месторождении Тенгиз в соседней Атырауской области.

Забастовали как раз нефтяники компании «Тенгизшевройл» с участием 75% американского капитала. В частности, Chevron имеет 50%, ExxonMobil — 25%, а казахстанская компания КазМунайГаз всего лишь 20%. И там как раз до нового года сократили сразу 40 тысяч рабочих, которых, по сути, выкинули на улицу. Но после этого забастовки охватили не только все предприятия нефтедобычи пяти областей Западного Казахстана, но и всю горнодобывающую промышленность страны и металлургию.

Так, 4 января в итоге забастовали шахтеры и металлурги компании «Арселор Митал» в Карагандинской области, а также горняки рудников и медеплавильщики корпорации «Казахмыс» с участием английского капитала. Забастовали полностью захватили город Хромтау в Актюбинской области местные металлурги.

Основными социальными требованиями бастующих стало снижение цен на некоторые виды товаров, увеличение зарплаты, улучшение условий труда, прекращение увольнений, свободы профсоюзной деятельности и строительство новых заводов — создание современной обрабатывающей промышленности, чтобы обеспечить будущее региона.

5 январе в Жанаозене, который стал настоящим политическим штабом всего рабочего движения были выдвинуты и политические требования: отставка президента Токаева и всех чиновников из окружения Назарбаева, освобождение политзаключенных и задержанных, возвращение к Конституции 1993 года, гарантирующей свободу создания профсоюзов, забастовок и формирования партий. Там же из представителей всех производств был избран так называемый Совет старейшин, который стал координационным органом движения в регионе и дал пример создания таких же комитетов и советов в других регионах, охваченных забастовками.

Поэтому роль рабочего движения в этих событиях была определяющей, так как именно трудовые коллективы стали стрежнем протестных выступлений в индустриальных регионах и дали толчок к массовым митингам по всем городам Казахстана.


События в Алматы и введение военного положения

При этом бессрочные митинги во вторник 4 января начались уже в Атырау, Уральске, Актюбинске, Кызыл-Орде, Таразе, Талдыкоргане, Туркестане, Шымкенте, Экибастузе, в городах Алматинской области и в самой Алматы, где перекрытие улиц вылилось уже в ночь с 4 на 5 января в открытое столкновение демонстрантов с полицией, в результате чего был временно захвачен акимат города. Это дало основание Касым-Жомарту Токаеву объявить утром 5 января о введении чрезвычайного положения.

Надо отметить, что в этих выступлениях в Алматы приняли участие уже в основном безработная молодёжь и внутренние мигранты, проживающие в пригородах мегаполиса и работающие на временных или низкооплачиваемых работах. И попытки их успокоить обещаниями, снизив цену на газ до 50-ти тенге, отдельно для Мангистауской области и Алматы уже никого не удовлетворили.

Решение Касым-Жомарта Токаева отправить правительство в отставку, а затем сняв с поста председателя Совета Безопасности Нурсултана Назарбаева также не остановили протесты, так как с 5 января начались массовые митинги протеста уже в тех областных центрах Северного и Восточного Казахстана, где их до этого не было – в Петропавловске, Павлодаре, Усть-Каменогорске, Семипалатинске. При этом в Актюбинске, Талдыкоргане, Шымкенте и Алматы предпринимались попытки взять штурмов здания областных акиматов.

Многие активисты наблюдали применение властями организованных провокаторов как раз 5 января, когда протесты охватили весь Казахстан, а полиция и армия уже не могли сдерживать демонстрантов. Так, в ночь с 4 на 5 января и в течение 5 января в Алматы, Мангистауской области, Шымкенте, Талдыкоргане, Таразе и в других городах были отмечены многочисленные случаи перехода рядовых полицейских и военных на сторону восставших.

Поэтому спецслужбы в лице Комитета Национальной Безопасности использовали подготовленные группировки боевиков, которых уже давно тренировали в закрытых базах и лагерях для того, чтобы организовать «зону хаоса» в Алматы и на юге Казахстана. Эти подготовленные группы молодых людей, а также криминальные группы, подчиняющиеся спецслужбам, осуществляли погромы, мародёрства, нападения на государственные учреждения и имели оружие.

Выход этих провокаторов был направлен на то, чтобы обвинить затем в «терроризме» всех протестующих и дать приказ на расстрел мирных митингов и бастующих. Поэтому на телевидении и в газетах пытались представить всех протестующих мародёрами, грабителями, убийцами и даже террористами. 6 января в Алматы были введены подразделения армии и национальной гвардии, которые расстреляли многих безоружных демонстрантов, а также тех молодых безработных, которые накануне разоружив местную полицию и войска, взяли в руки оружие для свержения режима Назарбаева.

В результате в Казахстане сейчас установлен жесткий режим военного положения, введённый по распоряжению Касым-Жомарта Токаева для того, чтобы силой армии подавить народные выступления и забастовку рабочих добывающих отраслей, а также в черной и цветной металлургии, принадлежащих американским и европейским компаниям. 

На сегодняшний момент арестовано по официальным данным более 10 тысяч человек, 225 человек погибло в Алматы и некоторых городах юга Казахстана. Но на самом деле погибших было намного больше, так как были настоящие бои против восставшего народа. При этом расстрелы были в Кызылорде, Актюбинске, Атырау и других городах, где никаких случаев погромов не было. Президент назвал выступающих террористами и заявил, что 20.000 вооруженных боевиков проникли на территорию извне. Но это не правда!

Чтобы предотвратить кровопролитие нефтяники западного Казахстана, а также металлурги, шахтеры, медеплавильщики и горняки рудников Карагандинской области организованно свернули свои митинги и прекратили забастовки в субботу 8 января. Но с 2 января в промышленных регионах, где стержнем выступлений был рабочий класс, трудящимся удалось самим обеспечить протестный характер выступлений.


О внешнем влиянии на события

В СМИ и в социальных сетях, а также многими левыми и компартиями транслировались конспирологические теории о вмешательстве США, Украины, Великобритании, Турции и других государств, которые попытались якобы устроить в Казахстане «цветную революцию».
В действительности уже 6 января Госдепартамент США выступил в поддержку существующего режима в Казахстане, как и власти Европейского Союза, а также руководство России и Китая. То есть это было настоящее проявление буржуазной классовой солидарности в борьбе против массового движения рабочих и народных слоёв.

Нет и никаких 20-ти тысяч исламских террористов, о которых сказал в своём заявлении президент Токаев. По его словам, они якобы вторглись на территорию Казахстана. На сегодняшний момент не найдено ни одного выходца из арабских стран серди погибших, раненных или арестованных. Этот миф внешнего вторжения был нужен для того, чтобы обосновать применение танков и тяжелого вооружения против протестующих и забастовщиков, а с другой стороны объяснить необходимость переброски войск «Организации Договора Коллективной Безопасности» в Казахстан. Кроме этого, предпринимается таким образом и попытка демонизировать в глазах трудящихся других республик Советского Союза образ рабочих выступлений и массового народного протеста.

Пока никакие силы не играют в этом протестном движении или в рабочих выступлениях, так как на сегодняшний момент полностью зачищено политическое поле, закрыты все оппозиционные партии и движения, в том числе и Коммунистическая партия. Ликвидированы все независимые профсоюзы. Так, после принятия антирабочего закона «О профсоюзах» в 2014-м году в стране по суду было ликвидировано более 600 профсоюзов. Последнюю Конфедерацию Независимых Профсоюзов Казахстана закрыли по решению суда в 2017-м году, а четверых их руководителей осудили на разные сроки тюремного заключения.

Конечно, будут в последующем попытки буржуазных сил оседлать протестное движение, но пока этого не произошло и нет никаких лидеров и политических объединений, которые могли бы выступать от лица этих масс. Это еще раз доказывает, что произошедшее – социальный взрыв и массовое низовое народное движение, которое выдвинуло ряд справедливых экономических, социальных и политических требований, требовавшее ухода нынешнего режима.

На сегодняшний момент президенту Токаеву удалось на время стабилизировать ситуацию, введя военный режим. Но это временно, так как несмотря на национальный популизм его последних выступлений, все классовые противоречия и сама политическая система, как и господство транснациональных корпораций остаются неизменными. Примечательно, но первыми обратились к президенту с просьбой о наведении порядка были американские и европейские компании, и он 5 января сделал заявление, что собственность и инвестиции иностранных корпораций будут защищены силой государства. И действительно сейчас на месторождение Тенгиз, где бастующие ранее нефтяники перекрывали железную дорогу и автомобильную трассу введены войска для охраны собственности американских компаний Chevron и ExxonMobil.

Мы не рассматриваем, что это окончательное поражение рабочего движения. Наоборот, нефтяники, шахтеры и металлурги получили неоценимый опыт классовых боёв, впервые состоялась всеобщая забастовка в добывающей промышленности. Властям не удалось расстрелять и разгромить рабочие выступления и забастовки на Западе и в Центре Казахстана, где трудящиеся организовано приостановили протесты. А значит всеобщая забастовка может снова повториться, только уже с более конкретными требованиями и выработанной тактикой борьбы.

Наша задача заключается в поддержке создания классовых профсоюзов и отмены решения Верховного суда о ликвидации в 2015-м году Коммунистической партии и легализации Социалистического движения, а также, чтобы показать рабочим — народным слоям, что социализм — это единственная альтернатива, отражающая их интересы.

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий


+ 5 = двенадать